Кассета, которую переписывали всем двором

Видеомагнитофон появлялся в доме как событие районного масштаба. К вечеру о нём знали все, а к выходным выстраивалась очередь из желающих «просто посмотреть».

Владелец быстро понимал, что приобрёл не технику, а общественную нагрузку. Смотреть приходили с чем-нибудь к чаю, оставались до ночи и норовили прийти снова.

Кассеты ходили по рукам и с каждой перезаписью теряли по краске. К пятому поколению герои становились зеленоватыми, а звук приходил с небольшим опозданием — и это никого не смущало.

Существовал строгий порядок обмена: кассету брали на два дня и возвращали перемотанной. Невыполнение второго условия портило отношения надолго.

Отдельным жанром был перевод. Один человек за всех, включая женщин и детей, ровным голосом, с прищепкой на носу или без. Половина реплик той эпохи запомнилась именно в его исполнении.

Смотрели по три фильма подряд, потому что неизвестно было, когда представится следующий случай. К третьему уже никто ничего не понимал, но досматривали из принципа.